Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.03.2022 N 308-ЭС20-24350(5) по делу N А63-4453/2019
(извлечение)
Определением Верховного Суда РФ от 05.05.2022 N 106-ПЭК22(1) по делу N А63-4453/2019 отказано в передаче надзорной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Президиума Верховного Суда Российской Федерации.
Материально-правовой интерес лица при заключении договора долевого участия в строительстве многоквартирного дома заключается в приобретении по окончании строительства предусмотренного договором жилого помещения.
После возбуждения в отношении застройщика процедуры банкротства защиту такого интереса в том числе обеспечивают положения параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).
Основной целью введения законодателем особых правил банкротства застройщиков являлось обеспечение приоритетной защиты граждан - участников строительства как непрофессиональных инвесторов, а статус участника строительства многоквартирного дома гарантирует последнему приоритетное удовлетворение требований по отношению к другим кредиторам (статья 201.9 Закона о банкротстве).
Для признания лица, обратившегося с требованием о включении в реестр требований о передаче жилых помещений, участником строительства необходимо соблюдение следующих условий: наличие связывающего с застройщиком-должником договорного обязательства о передаче квартиры в будущем (прав на нее) и фактическая передача застройщику денежных средств и (или) иного имущества в целях строительства многоквартирного дома (подпункт 3 пункта 1, пункт 6 статьи 201.1, статья 201.7 Закона о банкротстве).
Судами установлено, что заключению договоров долевого участия в строительстве с Шурыгиной Л.П. предшествовало предоставление последней в пользу должника земельного участка в субаренду. Шурыгина Л.П. со своей стороны предоставляла земельный участок для строительства, а должник, в свою очередь, возводил объект недвижимости на этом земельном участке. При этом доказательства возмездности (встречного предоставления) по договорам субаренды и долевого участия в материалах дела отсутствуют.
Данные обстоятельства позволяют констатировать, что между указанными лицами фактически сложились отношения, вытекающие из договора простого товарищества (статья 1041 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2011 N 54 "О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем").
Так, обязанностью должника передать Шурыгиной Л.П. по договорам долевого участия в строительстве спорные квартиры по сути определялся размер прибыли, на которую последняя рассчитывала в результате внесения вклада в виде земельного участка, являющегося предметом договора субаренды.
Следовательно, является верным вывод суда первой инстанции о том, что Шурыгина Л.П. приобретала квартиры не для личных нужд, а осуществляла совместную деятельность с застройщиком, в связи с чем ее требования к должнику не могут конкурировать с требованиями граждан, вложивших личные денежные средства для решения жилищного вопроса.
В то же время подобная квалификация статуса Шурыгиной Л.П. не должна ухудшать положение добросовестных лиц, которые, полагаясь на данные Единого государственного реестра недвижимости, приобрели у Шурыгиной Л.П. права требования по договорам долевого участия в строительстве, поскольку при осуществлении предпринимательской деятельности товарищи отвечают солидарно по всем общим обязательствам (пункт 2 статьи 1047 Гражданского кодекса Российской Федерации). Такое регулирование действует и в случае прекращения договора простого товарищества вследствие признания одного из товарищей банкротом (абзац третий пункта 1, абзац второй пункта 2 статьи 1050 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Кроме этого судами установлено, что Теритатова К.А. приобрела у Шурыгиной Л.П. в общей сложности права требования к должнику по передаче 37 квартир, в связи с чем ее также следует признать профессиональным инвестором. Суды первой и апелляционной инстанций неоднократно предлагали Теритатовой К.А. предоставить доказательства, подтверждающие оплату по договорам участия в долевом строительстве, и сведения о финансовой возможности приобрести объекты недвижимости. Теритатова К.А. соответствующие документы не представила, а имеющиеся в деле доказательства оценены судами в установленном порядке. При таких обстоятельствах указание суда округа на необходимость повторной проверки финансового состояния Теритатовой К.А. для покупки спорных квартир нарушает принципы равноправия и состязательности (статьи 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
